Роберт Винонен

Родился в 1939 году в Ленинградской области. Жил в Кировской области, в Эстонии, в Карелии.
Окончил Литературный институт им. А.М. Горького (1966), аспирантуру (1969). Работал в редакциях издательств, заведовал кафедрой художественного перевода в Литинституте.
Сейчас живет в Финляндии, оставаясь российским гражданином. Просто предпочитает жить на отшибе.

Поэт-лирик, аналитик-исследователь, талантливый переводчик, литературный критик — все это Роберт Винонен, человек с добродушным, открытым характером, помноженным на финскую задумчивость и сдержанность.
Р. Винонен считает, что «Поэзия — один из способов преодоления разноязычия» Он пишет:
«Поэзия переводима как дух или просто глаза,
Хотя в одночасье, вестимо, до всех достучаться нельзя.
Сыграет непонятый в ящик, вернется, как водится в прах.
Но если поэт настоящий, он пишет на всех языках».

Переводы Р. Винонена из эстонской поэзии:
Хенрик Виснапуу

Когда в берёзах сок пойдет к вершинам
И сквозь наросты мха блеснёт кора,
Тогда вернуться зяблику пора
И свить гнездо в урочище зверином.
И черный дрозд на вербе трепыхнётся,
И верба серьги вывесит на солнце.
Здесь иволга порхнёт,там соловей -
И сладок станет воздух меж ветвей.

И с песней я приду в твои дубравы,
В ольшаники твои, в березняки,
Где у косули ноги так легки
И так густы целительные травы.
Таинственно влекут меня озёра.
Где птицы, недоступные для взора,
Паруются, хлопочут о гнезде.
Холмы, долины - родина везде.

Лечу к твоим полям, болотам, соснам -
По дикому, по птичьему чутью
Я отыскал бы родину свою,
Куда бы ни был против воли сослан.
Вернусь, крещён лесными хуторами:
Мне всё равно, выходишь ли с дарами,
Иль нищенская на плече сума.
Любовь моя, отчизна, Маарьямаа!
<1927>

P.S. 21 марта по инициативе ЮНЕСКО в 10-й раз будет отмечаться Всемирный день поэзии.
Поздравляем!

В 2008 году - с февраля по май - по инициативе Эстонского культурного центра "Русская энциклопедия" и журнала "Вышгород" проводился КОНКУРС ЮНЫХ ПЕРЕВОДЧИКОВ (премия имени Эно Рауда) с эстонского языка на русский.
Основной задачей конкурса было выявление перспективной группы молодёжи, имеющей склонность к литературе и переводческой практике, с тем, чтобы в будущем пополнить ресурсы русской переводческой школы в Эстонии.

Конкурс проводился впервые, но имел широкий отклик среди учащихся. На суд жюри было прислано около 150 работ с переводами эстонской поэзии и прозы. Лучшие работы были опубликованы в пятом номере журнала "Вышгород" за 2008 год. От города Тарту в конкурсе принимали участие: Тартуский Русский лицей (Ирина Вихорева - 1 премия), Тартуская гимназия Аннелинна/ группа "Переводилка" и Тартуская Католическая школа.
Эдвард Юхкам из гимназии Аннелинна так перевёл стихотворение Яна Каплинского:

Звёздочка

Звёздочка, звёздочка,
почему ты не спишь?

Нет времени

Звёздочка, звёздочка,
что ты делаешь там наверху?

Книжку читаю

Звёздочка, звёздочка,
о чем же эта книжка?

О звёздах

Звёздочка, звёздочка,
о каких звёздах?

О золотых да серебрянных.

Звёздочка, звёздочка,
а какие в ней рассказы?

Сказки на ночь да сновидения.

Звёздочка, звёздочка,
Почитай мне сказку.

Глазки закрывай
и внимательно слушай.
Ты слышишь?

Игорь Северянин - переводчик эстонской поэзии

"Поэзия по существу не переводима. И все-же свое переводное творчество я считаю нужным не потому, что эстонские поэты стояли бы выше русских, а руководствуясь мыслью, что только в взаимном творческом ознакомлении народов друг с другом - залог их художественного роста." И. Северянин "Лирика Алексиса Раннита"

Переводчик Игорь Северянин

На лесной дороге Карл Эдуард Сёёт
Брожу я вечером поздним
Лесною дорогой один.
И ветер шумит в деревьях,
И падают листья с вершин.

Брожу я вечером поздним
Лесною дорогой один.
И вдаль, в молодые годы,
Летят мечты от седин.

Я девушку знал когда-то -
Блестящи её глаза,
Как золото - сердце, и
губы!..
Пылала в груди гроза...

Какое большое счастье -
Огонь и любовь я знал.
Но свет и людей я тоже
Впоследствии повстречал...

Брожу я вечером поздним
Лесною дорогой один.
И ветер шумит в деревьях,
И падают листья с вершин.

Хенрик Виснапуу Лесодомик

Нет опьяненности, нет больше страсти
И губ, овлаженных от поцелуя, -
Иных ветров уже отныне жду я,
Чтоб чутко-жизненным стоять в их власти.

Уж нет изменчивой исканий боли,
Мной перечувствованной в жажде женщин.
Алтарь иной красы теперь увенчан,
И лесодомик мой - под солцем воли.

О, воскресение в затихшем доме!
О, как невинно, одиноко ложе!
К нему берёзку прислонить пригоже...
Боль в сердце радостна, душа в истоме.

О ты, дыханье вокруг дома свято!
О, тихи шелесты в саду берёзы!
Мне хорошо теперь: ни дум, ни грёзы.
Неспешным временем душа объята.

Теперь ночь и луна

В сумраке снежело, как атлас.
Все мечты воскреснут - будет час.
Ныне ночь с луной, ныне сердцу больно.

Без тебя так тяжело в те часы.
Без меня найдёшь ли путь свой ты?
Ныне ночь с луной, ныне сердцу больно.

Белой шерстью падал снег везде.
Флейта скорби крепнет в темноте.
Ныне ночь с луной, ныне сердцу больно.

Крыши побелели. Нет луны.
Похороны в сердце. И кресты.
Ныне ночь с луной, ныне сердцу больно.

Осенние настроения в переводах Светлана Семененко

Минни Нурме

Осенью ветки стучатся в окно
будто просят ночлега
Уйду из дома
придут деревья
в окна войдут и двери
Уйду навсегда из дома
смешаюсь с ночью
с землёю
тоже деревом стану

Осенние ветки стучатся в окно
развожу огонь в очаге
своим дыханьем живым
в него жизнь вдуваю

Раль Парве

Осенняя поэтика

Кругом темно и хмуро,
но вдруг из серых туч
случайною цезурой
проглянет солнца луч.
Как рифмы, скудны кроны
каштанов и берёз.
И поздний одуванчик
торчит, как парадокс.

Хейти Тальвик

В эту осень в серой мгле тумана
я домой тащился утром рано.

В сонном парке стыли среди мглы,
как скелеты, голые стволы.

Падал лист. Я гнался за листком.
В грязь его втоптал я каблуком.

И рыдал, пока с приходом дня
полицейский не увёл меня.

Juhan Liiv 

NÕMM
 
Igav liiv ja tühi väli,
taevas pilvine,
jõuan tulles metsa äärde,
tuleb nõmmetee.
            Männi roheline samet,
üksik metsatee,
pedak heleroheline,
kask kuldkollane.
Pedak heleroheline,
kask kuldkollane!
Nõmm on sügisele
langend kaenlasse.
 
1903
 
Юхан Лийв/Перевод И.Северянина

ПУСТОШЬ
 
Скучно. Глина. Поле голо.
В тучах неба муть.
Я иду к опушке леса,
где к полянке путь.
     Бархат сосен вечно зелен,
     одиночье грёз…
     Сосен зелень яркоцветна,
     желтозлать берёз.
Яркоцветна зелень сосен,
желтозлать берёз.
И поляна – вся в объятьях
предосенних грёз.
 
             
Юхан Лийв/Перевод Б.Штейна 

ПУСТОШЬ
 
Поле голое. Песчаник.
Жухлая трава.
К лесу тянется тропинка,
видная едва.
     С неба падает сквозь тучи
     тускловатый свет,
     и зелёный нахлобучен
     на сосну берет.
Стала тихая берёза
жёлто-золотой.
Пустошь к осени прильнула
горькой головой.
 


Juhan Liiv

LAINED
 
"Mind ära tõuka valjusti!"
Nii ütles laine lainele.
"Miks lükkad sa mind alati?
Ma tahan jääda rahule."
  "Ei mina lükka kedagi,
  mind lükkatakse ennastki.
  Meid liigub terve meretäis,
  ei aita siin mu vastuseis."
 
1897-1900
 
Юхан Лийв/Перевод Норы Яворской  
ВОЛНЫ
 
"Зачем ты так толкаешься!" –
Заметила волна волне. –
"Всё оттеснить стараешься,
всё не даёшь покоя мне?"
  "Да разве же толкаюсь я,
  толкают самоё меня.
  Сошлось нас – море целое,
  что я, одна, с ним сделаю!"
 
                 
 
Подстрочный перевод
 
«Меня не толкай сурово!» -
Так сказала волна волне.
«Почему толкаешь ты меня всё время?
Я хочу оставаться в покое.»
  «Я не толкаю никого,
  Меня толкают самоё.
  Нас движется целое море,
  Не поможет здесь моё противостояние.»
 
    

Переводчик Юнна Мориц

Юнна Мориц — поэт, не только широко известный на всей постсоветской территории, но и по-особому связанный с Эстонией. Многие ее стихи, написанные в молодости, посвящены Таллинну, она переводила Бетти Альвер и других эстонских поэтов; в одном из ее ранних сборников чуть ли не каждое третье стихотворение посвящено Леону Тоому — одаренному литератору с трагической судьбой, эстонцу по происхождению. Со Светланом Семененко, одним из самых видных наших поэтов и переводчиков, Юнну Мориц связывали дружба и сотрудничество (на своем творческом вечере Семененко именно Юнну Мориц назвал своей крестной матерью в переводческом деле).

Ольга Титова «МЭ Среда» 21.02.01

Бетти Альвер

Который день лежит туман - прибрежных скал не видно...
Как беспокойна ты, душа, горда и ненасытна!
Ты хочешь ласки и кнута, тоски и счастья разом,
Лукуллов пир и черный пост пьянят твой слабый разум.
Любая мельница тебя зовёт в поход крестовый,
Ты на развилках всех дорог готова к жертве новой.
А если к вечности придешь, то, словно для контраста,
Ты с изощрённостью Рабле готова крикнуть "Баста!".
Ты превратила землю в ад, а небо - в злую шутку...
Который день ползёт туман, настойчиво и жутко...

1936

Непреклонность

У входа в мир, где образуются просторы
и мгла цветная, леденея, стынет,
всегда на страже великан стоит, который
нам до рожденья душу половинит.

Как только сердце увлечется чем-то страстно, -
подобно тени, на крылах паримой,
за мною вслед летит и надо мною властно
моё второе я, двойник незримый.

Лишь высь прозрачную любить он заставляет,
и если я стремлюсь упорно в низость ада,
меня за шиворот из бездны выставляет,
хотя кричу ему: оставь меня! не надо!

Он знаки подает, когда трава сырая,
где я плоды ищу, змею скрывает в складках.
И плачет он, когда, опасность презирая,
брожу по тропам искушений сладких.

За грань земного он влечет невыносимо,
но зря! - в тени люблю я быть годами,
милее всех сияний негасимых
мне древо жизни с темно-красными плодами.

1937

Был сон: меня покинул бог, но здраво
я прошептала: не смертельно, право!
Был сон; любовь покинула мой облик,
был страх, но взмах перчаткой - весь мой отклик.

Был сон: там свет погас, но тьму вкушая,
я крикнула: потеря небольшая!
Проснулась: свежий день прильнул волною,
любимый мой так нежен был со мною,
но прижималась я к стене морозной,
в печали необъятной, жгучей, грозной.

1939

Эстонская народная поэзия в переводах С. Семененко

БЫЛО У МЕНЯ ТРИ ДÓРОГА

Было у меня три дóрога:
первое - молода жена,
а другое - мерин сивенький,
третье - маленький поросёночек.

Пришло лихо в дом - унесло жену,
пришел медведь - заломал мерина,
волк пожаловал - загрыз борова.

Я волка стращать - глядь, изба горит.
Я водой заливать - ан и сам поплыл.

Остался один-одинёшенек.
Тут и беды мои все кончились.

ЗАХОДИЛИ ПОКУРИТЬ

Антс из Антслы, Март из Маарду
заходили покурить.

Свой табак, своя и трубка,
закурили, дым пошел.

Я сижу, пускаю кольца,
из ушей - само идёт.

Дым поднялся аж до неба,
начадили - как в аду.

Мужики кричат: - Откуда?
Бабы: - Это, знать, из Нарвы!

Парни: - Это лес горит!
Девки: - Это торф горит!

Кто-то крикнул: - Это с мызы,
там, наверно, баню топят!

Я послушал, отвечаю:
- Эх вы, девки, эх вы, парни,
эх вы, люди-человеки,
это я курнул немножко
таллинского табачку!

ХУДО ЖИТЬ ХОЛОСТЯКОМ

Худо жить холостяком,
по деревне шастаешь,
точно тать хоронишься,
на поветь полезешь ночью,
с сеновала свалишься,
руки-ноги поломаешь.

Вот была бы женушка,
да была бы мне по нраву,
по деревне бы не шастал,
точно тать не хоронился,
на повети бы не лазал,
с сеновала не свалился,
руки-ноги были б целы.

НЕТУ В МОРЕ ЛЕСА

Нету в море леса,
в море только волны,
не шумят листвою,
веткой не колышут.
Нету в море места,
где бы мне приткнуться,
упереться грудью,
ногтем зацепиться.

ТО-ТО МЫ ДРУГИ, ТО-ТО БРАТЬЯ

То-то мы други, то-то братья,
то-то приятели дорогие,
покуда в бочонке пенится пиво,
в штофе тяжелом винцо играет.

А как пиво кончится -
братья ну тузить друг друга,
бабы - языком чесать,
девки - юбки задирать.

БЫЛ И Я МОЛОДЕНЬКИМ

Был и я молоденьким,
через лошадь перепрыгивал,
через крышу перемахивал.

А теперь никак через борова,
через малого поросёночка.
Теперь, дай бог, хоть через порог...